Свобода и одиночество

Декабрь 19, 2011

Свобода и одиночество

Так получилось, что на днях я впервые осталась в Гаване одна на целый день, не связанная работой или какими-то другими обязательствами. И оказалось, что даже в этом волшебном городе, где уже несколько лет живет моё сердце, можно чувствовать себя одиноким.

В общем-то, это не новость. Мировая художественная литература давно научила нас, что человек приходит в этот мир один и точно так же уходит. Экзистенциальному ужасу наплевать на географические широты. И я задумалась, можно ли считаться свободным, когда ощущаешь одиночество так остро.

Опыт Бена Ганна и Робинзона Крузо кричит «нельзя». Оба этих отважных человека периодически чувствовали себя полностью раздавленными своим одиночеством, находясь каждый на своем острове. Казалось бы, жуй кокосы, ешь бананы, пляши голый при луне и ходи куда хочешь. Это ли не свобода? Но только появление Джима и Пятницы дало им надежду на спасение своих жизней и разума.

С такими мыслями я зашла в бар Монсеррат и заказала мохито. Было четыре часа дня, и воздух начал сгущаться к вечеру. Я не люблю оставаться одна в это время, оно давит на меня до тех пор, пока не начнет откровенно темнеть. Это чувство подвешенности между днем и вечером просто невыносимо. Я достала телефон и отправила несколько сообщений.

Через час, когда почти стемнело, я вышла из Монсеррат с ответами на все свои вопросы.

Робинзон Крузо и Бен Ганн не выбирали, где им находиться. Они не были связаны ничем, кроме необходимости выжить в местах, которые были им навязаны кем-то. Оба героя, как показывают истории их подросткового бунта, были одиноки еще до того, как остались одни физически. Более того, освободившись со своих островов, каждый из них сохранил в душе то, что отделяло его от всех остальных: воспоминания о пережитом. Никто никогда до конца не поймет, через что прошли эти люди, даже если зачитает до дыр обе книги.

Были ли они свободны? Несомненно. В молодости они выбрали свой путь и прошли его до конца. С их природными данными, жизненным опытом, познаниями и волей к жизни они как минимум могли выбрать свободно, жить или умирать. Они могли выбрать, остаться на островах или уехать. И далее, став богатыми, они могли выбирать круг общения. И двигателем этого процесса было одиночество.

Именно одиночество провоцирует юношеские бунты. Именно одиночество вынуждает нас читать книги. Именно одиночество говорит нам «да что тебе стоит выжить, разве сейчас ты в большей степени один, чем когда-либо?» А значит, именно одиночество делает нас свободными. Выбрали мы сами свой остров, или нас на нем заперли – всего лишь обстоятельства, которые помогут нам обрести себя в большей мере, как еще одному другу нашего детства, графу Монте Кристо.

Итак, свобода и одиночество не противоречат, а взаимно дополняют друг друга. Так чёрта ль нам всем в Джимах, Пятницах, друзьях, родных и смс-ках через океан, если все мы так одиноки и так свободны?

Дело в том, что окружающие люди для нас – неотъемлемая часть мира. Представьте себе, что с неба вдруг исчезли раз и навсегда облака или из леса исчезли деревья, или  из садов – цветы. Можно любить или не любить всё это, но если этого лишиться, придется как-то привыкать к новой картинке – и несомненно, обрадоваться, если всё вернется обратно. Но это никак не скажется ни на ощущении свободы, ни на ощущении одиночества. Было бы очень странно, вновь обретя облака, почувствовать себя связанным с ними какими-то обязательствами или не одиноким.

Так что, на острове или на материке, с друзьями или без оных, мы все свободны жить или умирать, но не свободны от своего одиночества. Всё, что нам остаётся – писать свою картину мира в силу своих способностей и желания.  И немного рассеять сумерки с четырех до пяти, перекинувшись парой слов со своими друзьями.

Олеся Кривцова

Олеся Кривцова – копирайтер, писатель, художник, специальный корреспондент Woman on Top в экзотических странах.

Один комментарий

  1. Яло

    Я бы сейчас не отказалась от такого одиночества) Очень грустная статья, но написано здорово

Комментарии