Мария Скобцова: грешница и святая

Июль 22, 2013

Мария Скобцова: грешница и святая

Мария Скобцова, она же Елизавета Кузьмина-Караваева (в девичестве – Пиленко) – одна из самых неоднозначных фигур в истории русского монашества.  Судите сами: была близка к петербургской богеме, которая, как известно, никогда не отличалась аскетизмом, затем и вовсе примкнула к партии эсеров,  дважды состояла в браке, а перед эмиграцией успела побыть градоночальницей. К тому же Скобцова курила –  привычное дело для поэтессы серебряного века, но небывалый случай для религиозного деятеля. Её имя окружено ореолом всевозможных слухов; о матери Марии и по сей день спорят до хрипоты: одни клеймят её мнимую святость, другие – восхищаются отвагой. Говорят, что она перешила номер с робы советской военнопленной и пошла на смерть в газовую камеру вместо неё. Исследователи, правда, сходятся на том, что вероятнее всего это – легенда; впрочем, она характерна  для жизненного пути Скобцовой в целом.

На берегах Невы она была поэтессой, влюблённой в Блока. История не нова: Александр Александрович был этакой рок-звездой своего времени: толпы восторженных полуобморочных барышень,  готовых кинуться на шею своему кумиру, пухлые связки надушенных писем с объяснениями в любви и, конечно же, своими стихами. Тем не менее, Блок педантично отвечал на каждое послание, делая соответствующие пометки в специальной книге. Среди таких вот восторженных барышень, начинающих поэтесс, была и Лиза Пиленко, всё-таки добившаяся аудиенции Александра Александровича после нескольких неудачных попыток.  Она и потом отправляла ему свои рукописи: Блок читал, делал пометки,  но все эти литературные изыскания оставались в стороне от бурлящей богемной жизни Петербурга. Стихи Елизаветы были не самыми яркими: никаких тебе эффектных метафор и сложной строфики.

Скобцова4Да и облик у неё был не самый подходящий для светской львицы: крепко сложенная, круглолицая… Тогда (как, впрочем, и сейчас) были в моде совсем другие типажи.  «Она была худа, как смертный грех, и так несбыточно миниатюрна», — так, например, писал Игорь Северянин о Палладе Богдановой-Бельской – ещё одной богемной звездочке с петербургского небосклона наряду с Ольгой Глебовой-Судейкиной и Саломеей Андрониковой. Елизавета же подобных комплиментов никогда не удостаивалась; более того, Алексей Толстой в романе «Хождение по мукам» иронически изобразил её внешность и манеры: «Елизавета Киевна была красивая, рослая и румяная девушка, с близорукими, точно нарисованными глазами и одевавшаяся с таким безвкусием, что её ругали за это даже телегинские жильцы». Разумеется, Елизавета Киевна – это литературный персонаж, но за ним чётко стоит реальный прототип.

Да, Елизавета Кузьмина-Караваева не была первой салонной красавицей и великой поэтессой, и тем не менее оставила свой след как в искусстве, так и в религиозной деятельности, что уже немало.

Детство и становление

Елизавета Юрьевна Пиленко родилась 8 декабря 1891 — в один год с Мандельштамом, Булгаковым и Лилей Брик. Её отец  — Юрий Дмитриевич – был юристом. Семья Пиленко до 1895 года жила в Риге (этот дом на улице Элизабетес, в самом сердеце латвийской столицы, сохранился и по сей день), а потом переехала в южные края: сначала в Анапу, где отец Лизы получил в наследство имение с виноградниками, а потом в Ялту. Но на этом их перемещения не закончились: Юрия Дмитриевича перевели по службе в Петербург, но до Северной Пальмиры он так и не доехал, скоропостижно скончавшись 17 июля 1906 года. Это событие стало первым настоящим потрясением для юной Лизы.

Тем не менее семья Пиленко всё-таки перебралась в Санкт-Петербург, который девочка невзлюбила (в отличие, кстати, от южанки Ахматовой, для которой «город парков и зал» быстро стал своим). Там Лиза продолжила своё образование: закончила  с серебряной медалью стоюининскую гимназию,  проучилась год на юридическом, но потом решила не идти по стопам отца и, выбрав свой путь, поступила на философский факультет, став одной из любимых учениц Николая Лосского. Впрочем, диплом Пиленко так и не получила, всецело поддавшись влиянию богемы и стихотворному творчеству.

Богемная жизнь

В 1908 году Елизавета познакомилась с Блоком – своим кумиром и идейным вдохновителем. Он, кстати, дал девушке неплохой совет: «Я желал бы, чтобы вы влюбились в простого человека, который любит землю и небо больше, чем рифмованные и нерифмованные речи о земле и о небе». Лиза в каком-то смысле послушалась своего кумира и вышла замуж за Дмитрия Кузьмина-Караваева – помощника присяжного поверенного. Но, несмотря на Скобцова 1своё небогемное занятие,  её супруг был близок к кругам искусства: именно через него молодая женщина познакомилась с Вячеславом Ивановым, Осипом Мандельштамом, Николаем Гумилёвым, Михаилом Лозинским, Анной Ахматовой и другими представителями литературного бомонда.  В 1912 году вышел её стихотворный сборник «Скифские черепки», который, как ни странно, был положительно принят критиками.

Однако Елизавете быстро приелась душная салонная атмосфера Петербурга и эпатажные выходки распалённых алкоголем и наркотиками поэтов. Поэтесса решила подышать вольным воздухом и отправилась на знаменитый курорт Бад-Наухайм (кстати, в 1897 году его посещал столь любимый Кузьминой-Караваевой Блок), а затем в Крым. Правда, на черноморском побережье без литераторов не обошлось: там Елизавета общалась с Максимилианом Волошиным и Алексеем Толстым.

Отъезд  негативно сказался на браке Кузьминой-Караваевой: поэтому уже в 1913 году она оставила мужа на болотах Невы, а сама вернулась  в любимую с детства Анапу. Там она родила дочь, назвав её красивым греческим именем Гаяна, написала новый стихотворный сборник «Дорога», который, конечно же, первым делом отправила Блоку, но её уже не столько волновали поэтические изыскания, сколько религиозные проблемы.

Отъезд на юг и эмиграция

Как это ни парадоксально, Кузьмина-Караваева приняла февральскую революцию с энтузиазмом. Она вступила в партию эсеров, а в феврале 1918 года даже была избрана городским главой Анапы. Говорят, Елизавета Юрьевна отважно отстаивала культурные ценности у матросов-красноармейцев и всегда трезво действовала в той постреволюционной кутерьме. Когда город был захвачен белыми, её арестовали и только чудом не расстреляли: во многом благодаря заступничеству Даниила Скобцова – известного кубанского казачьего деятеля, в скором времени ставшего её вторым мужем. В 1920 году Елизавета с матерью Софьей Борисовной и дочкой эвакуировалась в Грузию, и уже в Тифлисе у Скобцовой родился сын Юрий.

Скобцова 3Затем всё семейство отправилось в Константинополь – знаменитое временное пристанище многих эмигрантов первой волны (среди которых, например, были Аркадий Аверченко и Тэффи). После Скобцовы жили в Сербии, где у них родилась дочка Анастасия; а с 1924 года перебрались в Париж – крупнейший центр русской эмиграции. Однако им не суждено было стать счастливыми на блистательной родине Гюго, Рембо и импрессионистов;  сначала супруги вынуждены были добывать средства на пропитание тяжёлым трудом: Даниил Ермолаевич день и ночь работал таксистом, а Елизавета Юрьевна дезинфицировала стены, выводила клопов и тараканов.

Впрочем, этот горький хлеб изнанничества вкусили почти все российские эмигранты (петербургская модница и всеобщая любимица Ольга Глебова-Судейкина, к примеру, подбирала в Париже окурки). Но в марте 1926 года произошла  настоящая трагедия: от менингита скончалась их младшая дочка – 4-х-летняя Настенька. Это событие стало поворотным в судьбе Елизаветы Юрьевны. Она с головой ушла в религиозно-проповедническую деятельность, стала принимать активное участие в жизни Русского студенческого христианского движения, заочно окончила Свято-Сергиевский православный богословский институт и, в конце концов, приняла монашеский постриг. Елизавета Скобцова навсегда оставила свою прошлую жизнь на черноморских и северных берегах и получила новое имя – Мария – в честь святой Марии Египетской. На монашеское служение её благословил духовный отец – Сергей Булгаков.

Религиозный путь

Мария была деятельной, энергичной и независимой от традиционных форм монашества: она считала их безнадёжно устаревшими и попросту невозможными в новых исторических условиях. Скобцова создала приют Скобцовадля одиноких женщин и дом отдыха для больных туберкулёзом,  где не гнушалась никакой работы: она самостоятельно убиралась, покупала продукты (шла пешком через весь Париж с огромной тележкой!), готовила пищу, расписывала домовые церкви, вышивала иконы… Никакого комфорта: только непрерывный труд. Так вспоминали о ней друзья: «Она любит физический труд и презирает белоручек. Ещё одна черта: она не признает законов природы, не понимает, что такое холод, по суткам может не есть, не спать, отрицает болезнь и усталость, любит опасность, не знает страха…»

Несмотря на свой плотный рабочий график, мать Мария находила время на написание стихов, пьес-мистерий и активное участие в религиозно-философских  дискуссиях. Казалось бы, вот её призвание и всё бы хорошо, но судьба нанесла женщине новый сокрушительный удар. Её дочь  и верная помощница Гаяна в 1935 году вернулась на родину, где её ждали короткое замужество и внезапная кончина… По некоторым данным, девушка умерла от неудачного аборта. По другим – от брюшного тифа.

По трагическому стечению обстоятельств, мать Мария пережила всех своих детей: во время войны её сын Юрий погиб в концлагере Дора. Впрочем, и саму нашу героиню ждала страшная смерть…

Сопротивление и смерть

Во время нацистской оккупации мать Мария стала активной участницей французского Сопротивления, она укрывала евреев и вместе с отцом Дмитрием выдавала фиктивные свидетельства о крещении, которые иногда 50_bigпомогали потенциальным смертникам избежать лагерей. От неминуемой гибели она спасла 4 детей, укрыв их в мусорных баках.

…Мать Марию арестовали 9 февраля 1943 года, на день позже, чем её сына Юрия. Она провела 2 года в лагерях и умерла в женском лагере Равенсбрюк. По одной из версий, мать Мария была казнена в газовой камере за неделю до освобождения Красной армией.  По другой – умерла от дизентерии. Как было на самом деле – не знает никто. Впрочем, шансов умереть в этом страшном месте было гораздо больше, чем выжить: по некоторым данным, в Равенсбрюке были замучены от 50 до 92 тысяч человек.

Так закончилась жизнь одной из самых неоднозначных русских монахинь. Конечно, её деятельность сложно назвать канонической с точки зрения православной догматики («Кто я, Господи? Лишь самозванка, расточающая благодать…», — писала мать Мария о себе). Но мы, разумеется, не будем выносить никаких суждений насчёт её религиозной деятельности: достаточно того, что наша героиня была яркой, трудолюбивой и отважной женщиной, вошедшей в историю…

Скобцова 2- В 1982 году режиссёр Сергей Колосов снял о ней фильм «Мать Мария» с Людмилой Касаткиной в главной роли.

 

- Первый муж – Дмитрий Кузьмин-Караваев – принял католичество, служил  в русских эмигрантских общинах в Италии, скончался в 1959 году в Риме.

 

- Второй супруг – Даниил Скобцов – умер в 1969 году в  Нуази-лё-Гран — пансионате для русских, основанном матерью Марией до войны. Похоронен в одной могиле с дочерью Настей  на известном российском кладбище  Сент-Женевьев-де Буа.

 

- Мать Мария была канонизирована как преподобномученица в 2004 году.

 

- Её сын Юрий, скончавшийся в концлагере, был причислен к лику святых в том же году.

Валерия Мухоедова

woman on top

 

 

Похожие Посты

Тэги

Добавить в

2 Коммент.

  1. Елизавета Юрьевна Пиленко, a не Пилипенко.

Комментарии