Знаменитые переводчицы: 5 историй успеха

Сентябрь 30, 2015

Знаменитые переводчицы: 5 историй успеха

Вряд ли кто-то станет спорить, что переводчики почти всегда находится в тени писателей. Их инициалы скромно значатся в углу (никаких тебе глянцевых фотографий на обложке!), у них не очень часто берут интервью, и все титанические усилия, которые они прилагают для создания качественного и живого текста, традиционно остаются за кадром. А ведь переводчики, эти ювелиры художественного слова и литературные гурманы тщательно отбирают тончайшие оттенки значений, пробуя их на вкус и слух, отсекая ненужное и превращая даже самую незатейливую фразу в произведение искусства. Не самая лёгкая работа, не так ли? Именно переводчики не только впервые открывают мир автора, но и создают тем самым свою волшебную реальность, в которую, будто в кроличью нору, попадает не одно поколение читателей. Можно ли добиться успеха и получить широкую известность не только в узкоспециальных кругах? Истории наших героинь уверенно говорят, что да!

Редакция Woman on top отобрала 5 культовых фигур, без которых немыслима не только история перевода, но и развитие литературы и культуры в целом.

Рита Райт-Ковалёва (Раиса Яковлевна Черномордик) — имя этой переводчицы и писательницы знакомо не только ценителям зарубежной прозы. Она родилась в самом конце XIX века, знала в совершенстве французский, немецкий, английский (его выучила чуть позже) и болгарский языки, общалась с футуристами (Маяковским, Хлебниковым), была знакома с Ахматовой, Чуковским, Маршаком, Пастернаком и семейством Брик, дружила с Воннегутом и представителями советской неофициальной культуры. Кроме того, переводчица приходилась родной тётей пионеру-герою, юнге Северного флота Саше Ковалёву.

Впрочем, всё же основой заслугой Райт было то, что она открыла русскоязычным писателям произведения Сэлинджера, Уильяма Фолкнера, уже упомянутого Курта Воннегута, Генриха Бёлля, Грехема Грина и Натали Саррот. «Рита, Вы переводите, как писатель!» — в шутку упрекали её коллеги по цеху. А Довлатов в своих записных книжках в свойственной ему ироничной манере воспроизвёл свой разговор с Верой Пановой, в котором он назвал «самым лучшим» русский язык Риты Ковалёвой.

Рита КовалеваВ этом, однако, нет никакого парадокса, ведь для качественного перевода недостаточно просто владеть иностранным языком, но и в совершенстве знать собственный, дабы нащупать единственно верную интонацию и не потерять при переводе ни одного смыслового оттенка. Лингвистическому чутью Риты Райт-Ковалёвой можно только позавидовать. Любопытно, что при этом наша героиня не была филологом по образованию: она продолжила семейную врачебную династию, окончила Московский университет, а переехав в Ленинград, в течение 7 лет работала в лаборатории у самого Павлова. Но, несмотря на свои обширные познания в области медицины, Риту Райт неизменно увлекал богатый мир зарубежной художественной прозы. Она начинала с переводов песен и узкоспециальных текстов, а затем перешла уже на другой уровень, познакомившись с произведениями Сэлинджера, Воннегута и других писателей XXвека.

Любопытно, что Рита Райт-Ковалёва приступила к одному из самых знаменитых своих творений —переводу «Над пропастью во ржи», когда ей было уже за 60. По словам очевидцев, она долго и тщательно выбирала языковые средства и нужные интонации, активно общаясь с таксистами, продавцами и носителями молодёжного сленга. И всё для того, чтобы её Холден Колфилд получился живым и полнокровным. Кстати, друзья Риты Райт вспоминают, что эта маленькая субтильная женщина всегда тянулась к молодёжи, никогда не кичась при этом своим культурным бэкграундом и знакомствами с великими людьми ушедшей эпохи. Она всегда была скромной и не выставляла свою персону на первый план, чем и восхищала благодарных слушателей и учеников.

Говорят, что на одной из встреч с переводчицей, один восхищённый мальчик воскликнул: «Вы так много видели! А Пушкина Вы тоже встречали?». Этот забавный эпизод стал любимым анекдотом Риты Яковлевны. К слову, она действительно прожила долгую жизнь и умерла на заре перестройки, оставив после себя огромное переводческое наследие, по праву считающееся одним из лучших не только в нашей стране, но и в мире.

Нора Галь (Элеонора Яковлевна Гальперина) — знаменитая переводчица, представительница Кашкинской школы, редактор, гуру филологии, открывшая русским читателям тонкий мир «Маленького принца» и таких знаменитых фантастов, как Рэй Бредбери, Роджер Желязны, Айзек Азимов и Клиффард Саймак. Её именем названа малая планета, а её авторитетные теоретические труды давно стали настольными для многих поколений студентов. К тому же именно в честь Галь создали специальную премию для переводчиков с английского языка. Внушительный список, не так ли?

Нора ГальЭлеонора Яковлевна Гальперина родилась в интеллигентной одесской семье в 1912 году. Её предки были высокообразованными юристами, врачами и учителями, не чуждыми прекрасного, поэтому даже выбор имени для дочери был неслучайным: она была названа в честь героини популярной пьесы Ибсена «Кукольный дом».

Нора Галь с детства много читала и уже в 1920-е годы опубликовала свои первые стихи. Она училась в редакционно-издательском и педагогических институтах, а также защитила диссертацию по творчеству скандально известного поэта Артюра Рембо. С конца 1940-х годов Галь занималась только переводами, открыв миру лазейки в волшебные миры многих англо- и франкоязычных писателей.

Кстати, с текстом «Маленького принца» Нора Яковлевна познакомилась благодаря своей подруге — знаменитой журналистке Фриде Вигдоровой. Для неё и её маленьких дочек наша героиня и перевела эту сказку, впоследствии прославившую Галь.

Несмотря на тяжёлую болезнь, она до конца жизни продолжала активную работу, выступая за чистоту языка от канцеляризмов и громоздких конструкций. «Ошибка словесная — не то, что ошибка сапера или даже акробата под куполом цирка. Но помножьте-ка её на тысячи, миллионы читателей, слушателей: чем измерить вред, нанесённый культуре и языку?» — писала Нора Галь. Метко подмечено, не правда ли?

Лилианна Лунгина

Многие из нас с детства любят Карлсона, Пеппи Длинный Чулок и многих других героев скандинавских сказок, но отнюдь не все знают, что этих забавных и колоритных персонажей в блестящем русском переложении нам подарила именно Лилианна Зиновьевна, полиглот, человек мира, жена советского драматурга Семёна Лунгина и мать режиссёров Павла и Евгения Лунгиных.

Она родилась в Смоленске в 1920 году. Своё детство Лилианна провела во Франции, Палестине и Германии. Собственно, отсюда и безупречное лингвистическое чутьё, и интерес к мировой культуре, которые наша героиня пронесла на Лилиана Лунгинапротяжении всей своей жизни. Лилианна Зиновьевна окончила филфак МГУ, работала преподавателем французского и немецкого языков и даже не планировала заниматься скандинавской литературой, если бы не… обострившийся антисемитизм. В ДЕТГИЗе, куда собиралась устроиться наша героиня, тщательно следили за процентом евреев среди работников, поэтому, несмотря на безупречные знания, ей не давали переводов по профилю. Зато легко уступили незанятую нишу скандинавской литературы, которая на тот момент была самой что ни на есть terra incognita для советского читателя. Лилианна Зиновьевна, по её собственным воспоминаниям, таскала домой авоськи прекрасно оформленных книг, поначалу даже не подозревая о том, какие приятные перемены в ближайшее время её ожидают. «Иногда событие, которое кажется ужасным, ведущим к какому-то крушению, наоборот, оказывается несказанным счастьем», — любила впоследствии повторять наша героиня.

Поворотным моментом в судьбе Лунгиной стала книга о Карлсоне шведской писательницы Астрид Линдгрен. Примечательно, что этот эпизод по степени важности она сравнивала со знакомством с будущим мужем.

Именно благодаря Линдгрен, Лилианна Зиновьевна не только открыла для себя и всех русскоязычных читаталей нового очаровательного и «в меру упитанного» персонажа, но и с его лёгкой подачи вошла в профессиональный мир переводчиков. Кроме того, она лично познакомилась с самой Астрид, очаровавшей нашу героиню своим жизнелюбием и активностью.

Справедливости ради, стоит отметить, что Лилианна Зиновьевна переводила не только скандинавских авторов, но и своих любимых французов, среди которых был, например, Борис Виан с его знаменитым романом «Пена дней».

«Искусство перевода я бы сравнила только с музыкальным исполнением, импровизацией», — говорила наша героиня. Кстати, своими умениями она щедро делилась с молодыми коллегами, для которых вела специальный семинар в 1970-е годы.

К счастью, интерес к личности Лилианны Лунгиной не только с годами не ослабевает, но и набирает всё новые обороты. Так, документальный автобиографический телесериал «Подстрочник», снятый Олегом Дорманом и более 10 лет пролежавший на полке, наконец был показан по отечественному телевидению и имел необычайный успех у зрителей, открывших для себя богатый мир этой талантливой переводчицы и рассказчицы.

Наталья Трауберг — переводчица с английского языка, филолог, эссеист, дочь советского режиссёра Леонида Трауберга и активный деятель христианской культуры. Впрочем, все регалии этой выдающейся женщины невозможно перечислить: из них можно составить целую энциклопедию. Наталья Леонидовна родилась в Ленинграде в 1928 году, а в 1949 окончила ЛГУ, защитив диплом на кафедре романо-германской филологии. Кроме английского, который Трауберг считала своим любимым языком, она владела французским, итальянским и португальским.

ТраубергВ Великобритании её называли «мадам Честертон» за блестящие переводы сэра Гилберта Кита. Кроме того, именно Трауберг познакомила российских читателей с «Хрониками Нарнии» Льюиса и рассказами Вудхауза. Наталья Леонидовна дружила с отцом Александром Менем, литовским поэтом Томасом Венцловой и другими известными литераторами, а также высоко ценила Илью Кормильцева. Она помогала молодым переводчикам, шлифуя их работы и отдавая им свои гонорары. Марк Фрейдкин называл её своей «крёстной матерью» в профессиональном плане (кстати, любопытно, что для Кормильцева Трауберг стала крёстной матерью в прямом смысле слова).

Несмотря на свой богатый жизненный опыт, Наталья Леонидовна отказывалась писать мемуары, обосновывая это следующим образом: «Простейшие страсти мешают увидеть себя — ну и не пиши о себе, пиши о других. А как? Что мы о них знаем? Какие-то поступки, обрывки фраз, которые исказила память? При любом, простите, «духовном опыте» мы не знаем о человеке почти ничего».

По словам очевидцев, наша героиня всегда была требовательной к себе и никогда не была до конца удовлетворена качеством своих работ. Трауберг считала, что переводчик должен трудиться, подобно иконописцу, уничтожающему в себе художника.

Наталья Леонидовна до самой смерти активно выступала на радио и телевидении, читала лекции и писала статьи, получая неизменно высокие оценки со стороны коллег, учеников и благодарных читателей и слушателей. По словам Людмилы Улицкой, именно личность Натальи Трауберг стала связующим звеном «между Россией и Европой с тех самых пор, как русская интеллигенция разучилась говорить по-французски, писать по-немецки и читать по-английски, а три четверти зарубежной литературы оказалось в запретном списке». Согласитесь, что мало людей удостаивается столь высоких похвал, но нашей героине это удалось.

Лариса Савельева — самая молодая из выбранных нами героинь и ныне здравствующая переводчица, одна из самых авторитетных славистов в России, впервые открывшая русскоязычному миру запутанно-игровые тексты Милорада Павича. СавельеваПарадоксально, но если наши читатели, благодаря усилиям всех вышеупомянутых фигур, имели доступ к западноевропейской литературе, то творчество столь близких нам как культурно-исторически, так и лингвистически авторов долго и незаслуженно находилось на обочине внимания. К счастью, эту досадную оплошность исправила именно наша героиня. С подачи Ларисы Савельевой мы наконец узнали, что страны бывшей Югославии знамениты не только яркими и разудало-цыганистыми фильмами Эмира Кустурицы, но и многослойной интеллектуальной (или нелинейной, как её принято называть) прозой.

Лариса Александровна Савельева родилась в Ленинграде в 1946 году, но выросла в Москве, окончила филфак в МГУ и более 20 лет проработала в МГИМО. Правда, наша героиня никогда не ассоциировала себя с преподаванием; ведь, по её собственным словам, она с детства мечтала стать переводчиком, воображая себя за столом со стрекочущей машинкой и книжными листами.

Первым романом Павича, который перевела Лариса Александровна, стал«Хазарский словарь», отрывки которого опубликовали ещё в 1990-е годы. Но в нашей стране модный бум на его прозу пришёлся именно на «нулевые», собственно, он продолжается и сейчас, и во многом благодаря нашей героине. Кстати, она была лично знакома с самим Павичем, высоко ценившим её переводы. Это ли не главный знак качества для настоящего профессионала?

Валерия Мухоедова

woman on top

 

 

Похожие Посты

Тэги

Добавить в

Комментарии